Охота на изюбря - Страница 25


К оглавлению

25

– И знакомятся часто?

– Знакомятся всегда, – гордо сказала Томка, – даже если он не за этим приехал. Если человек проиграл, он садится за столик и хочет поесть. И тут ты должна подсесть к нему и утешить. Если он за столиком, значит, он не все спустил, а если он не все спустил, то деньги на тебя у него найдутся. А если он выиграл, то ты тоже должна сесть за столик.

– И убедить его играть, пока он не проиграется?

Тома засмеялась.

– Не обязательно. Но надо сделать так, чтобы ему было приятно вспоминать об этой ночи. И чтобы он пришел в казино опять.

Черяга допил кофе, и в голове появилось обманчивое ощущение легкости.

– Ты колешься? – спросил Черяга прямо.

В глазах девушки мелькнул быстрый испуг.

– Нет.

– А Коля?

– Тоже нет.

– Вранье.

– Он правда не колется! Если совсем чего немного…

– У него колеса даже в кабинете на работе валяются.

Томка задумалась.

– Это, наверное, «экстази», – неуверенно предположила она. – Он иногда ел, чтобы подольше за столом просидеть. И потом от нее в постели классно. Я вам честно говорю, Коля не торчок…

– А откуда колеса? В казино брал?

Тома подумала, потом кивнула.

– А кто такой Лось? – спросил Черяга.

– Это ты у Ленчика спроси, – с явной неприязнью ответила Тома. – Ленчик у Лося в шестерках.

– Как Лося зовут? Шура?

Томка подумала:

– Шура. А фамилия… у него вроде погоняло по фамилии. Лосев, что ли.

– И что же он с Заславским подружился?

Тома пожала плечами.

– Отчего люди дружатся?

– От общих интересов. Какие у них были общие интересы?

Тома покачала головой:

– Да нет, он крутой, Лось, Коле такие нравились. Коля сам плюшевый…

– А замуж ты за него бы пошла?

– А он меня замуж возьмет, – сказала Тома, – если не посадят.

– А если посадят?

– А если посадят – передачи ему буду носить. А жена не будет. Он от жены-то хоть в тюрьму сбежит… Коля мне на день рожденья одну штуку подарил… показать?

Черяга кивнул.

Тома вернулась из спальни с огромным плюшевым мишкой, хотела что-то сказать и замерла в изумлении: Черяга сидел на диване, закинув голову, и глаза его были закрыты. Начальник службы безопасности Ахтарского меткомбината спал мертвым сном, как тритон зимой.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
О пользе автомобильных аварий

– Да проснись ты! Козел несчастный! Проснись!

Черяга невнятно замычал и открыл глаза. Он сразу не сообразил, где находится: он лежал на каком-то диване, укрытый пледом и с вышитой подушкой под головой. Из-под пледа торчали его собственные ноги в серых носках. В раскрытые окна квартиры плескалось утреннее солнце, а над ним стояла растрепанная девица в халатике и трясла его, как грушу:

– Урод! Вставай!

– Тома, что случилось? – наконец сообразил Черяга, выпрастываясь из-под одеяла.

– Вот! Позвонили! И это принесли!

Тома тыкала ему в руку белый конверт.

– Куда позвонили? – замотал головой полусонный Черяга.

– В дверь! И конверт подсунули!

Черяга раскрыл конверт.

На белом листке бумаги лазерным принтером было отпечатано:

«Если хочешь видеть Кольку живым, принесешь двести штук».

Подпись и обратный адрес, натурально, отсутствовали. Черяга потряс конверт, и из него выпало еще что-то: грубо отхваченный кусок шелкового галстука.

– Что за галстук? – тупо спросил Денис.

– Это его галстук! Любимый!

Денис понемногу просыпался. Часы показывали восемь утра.

Тома билась в истерике.

– Откуда у меня двести штук? – кричала она.

Черяга встал, сходил в ванную. Когда, помывшись и соскребя щетину бритвой, явно принадлежавшей Заславскому, начальник службы безопасности вышел в гостиную, Тома сидела, облокотившись на стол, и тихо всплакивала. Заслышав Черягу, она подняла мокрое от слез личико и спросила:

– Вы ему ведь поможете, а?

Черяга сел напротив.

– Поможем, – кивнул он, – если ты мне все расскажешь. Какие у него были дела с Лосем?

– Они просто общались…

– Какие дела у бизнесмена были с бандитом?

Томка опустила голову.

– Лось в казино долги выбивает. Знаете, если клиент старый, он может занять у администрации…

– Ну и?

– Коля – он сначала немного играл. Двести, триста баксов. Как-то он проигрался. Очень сильно.

– Сильно – это насколько?

– Тысяч двадцать.

– Ну?

– У него таких денег не было.

– И его навестил Лось?

Тома кивнула.

– А что было потом?

– Потом… он стал помногу играть.

– А деньги откуда?

Тома вздохнула.

– Я не знаю…

– Давай вместе подумаем, а? – спросил Черяга. – Был «новый русский». Вполне в порядке, но не миллионер. Мог спустить в казино триста баксов. Тысячу. Две. Потом спустил двадцать тысяч. К нему пришли бандиты выбивать долги. И у него опять появились деньги. Откуда? Наверное, оттого, что ему предложили долю в каком-то кидалове. Сказали: либо доставай двадцать тысяч, либо мы тебе простим долги, но вот ты сделаешь то-то и то-то. Так?

Тома кивнула.

– Вопрос – а кого мог Заславский кинуть? Только наш комбинат. Так?

Девушка готова была вот-вот заплакать.

– Я правда не знаю, что они делали. Он никогда об этом не говорил.

Черяга помолчал.

Заславский приехал в казино с Лосем. Выиграл пятьдесят тысяч. Лось, возможно, эти деньги решил забрать себе. Что-то типа: «Ты мне по жизни должен». Заславский полез на стенку. Слово за слово – бизнесмену разбили нос и посадили в погреб. Возможно, они поссорились. Возможно, Заславский сказал, что больше не будет работать на Лося. Очень может быть, что Лось принял это всерьез и решил, что больше с терпилы нечего взять, кроме выкупа. Пожалуй, все сходится. Разве вот – плащ утром он взял, выходя из дома. А раньше никогда плаща не брал…

25